Публикации

Рожденный 19 января

Дата публикации  Количество просмотров
Все публикации автора
Автор:
Родион КОПОСОВ
Рожденный 19 января

К 80-летию со дня рождения татарстанского фотохудожника Александра Семенова

Живет в нашем с вами районе обыкновенный человек — Александр Георгиевич Семенов. Все у него, «как у людей»: учился, работал, создал большую семью, умеет дружить и помогать людям, не умеет только без дела сидеть. Вот и сейчас, в весьма почтенном возрасте, учит ребят рабочим профессиям в колонии для малолетних правонарушителей. Но есть у него и «особинка» — творческая жилка. Он фотохудожник, его работы демонстрировались в Вашингтоне и Сингапуре, Европе и Азии...

Во многих городах России посетители многочисленных фотовыставок любовались его работами — в первую очередь пейзажами родной стороны. Александр Георгиевич — один из тех, кто принёс известность казанской школе фотографии. Заслуженный деятель искусств Республики Татарстан — и очень простой в общении и по образу жизни человек. Мне не раз доводилось писать о нём в светских изданиях, это было интересно и, в общем-то, просто: красота спасет мир — и точка. Но писать для православного альманаха? То есть, взглянуть на человека, с которым дружишь вот уже полвека, под другим углом зрения, сопоставить наше отношение к вере и Богу... Это вызывает большие раздумья, сомнения... И дает повод ещё раз проверить самого себя: а насколько крепка твоя собственная вера? Что такое вера в жизни современного человека? Слова — это, всё-таки, только слова. Действия-то куда важнее. И та же память с готовностью подсказывает: а помнишь, как радовался Саша, когда они с Людой (Людмилой Анатольевной, конечно) повенчались после многих десятилетий супружеской жизни!

Вот, оказывается, и тут не все просто... Где же критерий? И снова вспоминаю: «По плодам их узнаете их».

Так что, может быть, не слишком я уклонялся от объективности, когда писал в других печатных органах о творчестве Александра Семёнова, о его семье и друзьях? Ведь есть у меня немало примеров (Бог даровал!), когда люди искренне любят своих ближних — и не только семью! Когда дарят им и всему миру душевную чистоту, плоды своей деятельности и бескорыстную помощь...

...Когда в седьмом часу утра прибежал Кирюша и сказал, что дед зовет за песком ехать, мы с женой, ошарашенные, заметались, собирая ведра, ванночки, ещё какие-то емкости: ведь вчера ве­чером Саша (дед Кирюши) в ответ на мою просьбу без особого, надо сказать, энтузиазма пообещал после обеда съездить с нами на остров за песком — мы собрались печку перекладывать, а песок — белейший, солнечный, чистое золото! — на острове, без лодки туда никак. И вдруг — семь утра!

Саша стоял на берегу, прила­живал подвесной мотор, улыбал­ся как-то необычно, смущенно:

— Знаешь, я сон сегодня ви­дел…

Я, весь еще впопыхах, кивнул: ну?

— Мне Патриарх наш при­снился... Алексий Второй.

Я опять кивнул, потому что оторопел, не знал, что ответить.

— Он мне руку протянул...

— Саша посмотрел на меня с интересом: как отреагирую. А я молчал. — Я её и поцеловал! — он улыбнулся своей детской наивной, открытой улыбкой.

Седые волосенки топорщи­лись в разные стороны, ежиком никак не назовешь, зубов уже половины нет, лицо круглое, без­защитно-открытое…

— Она теплая, рука-то! — за­смеялся он растерянно-счастли­вым смехом.

Саша, Александр Георгиевич, иногда с интересом расспрашивал меня про церковь, про службы, про «почему молитвы не на русском языке», подчас даже начинал как бы оправдываться: я, мол, тоже в Бога верю, но по-своему... Ох уж это «по-своему»! Сам я прошел через это, знаю. Так и откуда взяться вере-то, если родился Саша в том самом 37-м, который стал зловещим символом отказа не только от веры, часто — и от родителей даже...

Ему-то, Саше, повезло. Отец его, Георгий Александрович, работал конструктором на за­воде — «почтовом ящике», сей­час известном как ПО «Завод им. Серго» (ПОЗИС), строил корабли, катера, но потом худо­жественная, творческая жилка привела его в пущенный в 1943 году ДК «Родина» — сначала художником, а потом руково­дителем изостудии, из которой вышли все известные сегодня зеленодольские художники стар­шего поколения.

Мне легко представить, как рос Саша. Гляжу вот, как он возится с Кирюшей, внуком, учит его держать в руках и то­пор, и стамеску, и фотоаппарат. Так же и сам он, Саша, еще школьником, а потом студентом Зеленодольского судостроитель­ного техникума ходил в студию к отцу, впитывал не только на­выки, но и внешне негромкую, но глубокую любовь к родному городу, к Волге, к природе, ко­торой щедро одарил Господь эти края, Республику Татарстан. Работал в проектно-конструк­торском бюро, на заводе, выс­шее образование получил на вечернем отделении Казанского авиационного... И фотографиро­вал, фотографировал, стремясь поделиться с отцом, с друзьями пьянящим чувством Прекрасно­го — а его было столько вокруг!

...Сороковые, пятидесятые... Не мне судить Сашину и соб­ственную юность, для нас она была прекрасной, как бы ни старались очернить это время нынешние либералы-западники. Интересно было бы представить их в той действительности, в тех условиях: с кем бы и где они были? Право судить не каждому дано — это уж как минимум. Правильная ведь есть еврейская поговорка: хотел бы я быть таким умным, как моя жена потом... А мы сегодня вспомина­ем, что в одном классе учились тогда и сын замминистра, и сын уборщицы, и татарин, и еврей, и если что, стояли мы друг за друга и до «первой крови», и до какой надо... И все получили то образование, о каком мечтали и какое смогли получить по своим способностям, а не по знаком­ствам, блатам или взяткам.

Нас тогда окружали и пе­стовали замечательные люди. В фотокружке зеленодольского дома пионеров Сашу приметил известный в то время фотограф З.Д. Михайлов. С 1958 года Саша часто бывал в Казани, в Госмузее Татарстана, где вокруг замеча­тельного фотографа и чудесного человека О.К. Лебедева груп­пировались и фотолюбители, и «профи»... Возник фотоклуб «Волга» при казанском ДК име­ни Ленина; в среде фотографов (не только казанских!) родилось понятие «казанская фотошкола». Перечислять выставки, награды и призы Александра Семено­ва — безсмысленное занятие. Скажу только, что в 1967 году он первым из фотохудожников Татарстана стал участником и медалистом выставок в Англии, Польше, Чехословакии, Таилан­де... Фотография, которую вы здесь видите, называется «Рус­ский сувенир», и она приоткрыла многим людям на Западе и Вос­токе красоту мало знакомой (а то и вовсе до того неизвестной) страны — России. На выставке 1969 года в Вашингтоне она офи­циально была названа «одной из выдающихся работ выставки».

Но я хочу рассказать не об этом — Александр Семенов отмечен многими наградами и титулами как фотомастер и в таком признании не нуждается. Я о преемственности. Старшего сына Семенов назвал Георгием — он сейчас в Санкт-Петербурге, что называется, успешный фото­художник (Георгий — сын от первого брака, но не мне судить кого бы то ни было, за нас и о нас очень точно сказал Арка­дий Райкин: «Сколько же нас развело-о-сь!», увы!).

Кирилл — сын дочери Та­тьяны, он и по внешности ста­новится «вылитый дед», и по­могает ему во всем. На берегу Волги, в деревне Курочкино, где у Семеновых вот уже четверть века свой дом (понятное дело, не коттедж, а строение типа «изба») и где неисчислимое множество необходимых дел, Кирюша и другие Сашины внуки проводят все лета. Кирилл своими глазами и руками учится пилить и колоть, копать и строить. Саша — он рукастый. Когда в воровские 90-е у него зимой из-за ценного металла украли котёл, он своими руками, почти «в однёху» пере­брал разоренную баню. А ещё Кирюша ходит с дедом по полям и лесам, теперь уже и сам фото­графирует, и на компьютере вме­сте сидят в «фотошопе», так что на республиканской выставке Кирилл представил композицию (теперь это, кажется, называется «презентация») «Времена года»: классическая музыка и дедовы фотографии, красивое оформле­ние — презентацию высоко оценили. Красавица Регина учится в художественной школе и, что называется, подает надежды... Да и у Кирюши фамилия под­ходящая — Надеждин... Второе лето с этими внуками (двумя из семи) Семеновы отправлялись на теплоходе — сначала по Волге, по святым местам, потом — по Каме, в Пермь...

Не хочется выглядеть занудой-резонером, но не могу не сказать, что так и должно повсе­местно быть: поддержка и живой пример в семье, в школе — и реальные возможности попро­бовать свои силы в состязании с равными на более высоком уровне.

Про школу я не случайно упомянул: сейчас Александр Георгиевич, находясь на «за­служенном отдыхе», работает преподавателем спецдисциплин в профессиональном лицее № 25 г. Зеленодольска. Ребята его любят — и этим все сказано.

Еще один талант Александра Георгиевича — умение дружить и щедро дарить себя людям. Ста­раниями Людмилы Анатольевны (бабули Люды) и самого Саши их квартирка на улице Тургенева в Зеленодольске и особенно домик в Курочкино давно превратились в уютный «странноприимный дом» или просто место теплых встреч с друзьями — иногда единомышленниками, иногда и наоборот. Семеновы демокра­тичны по сути: своего мнения не скрывают и чужое заведомо не отрицают. А сажают к надра­енному самовару и поят особым семёновским чаем, настоянным на мелиссе и мяте, да и рюмоч­ка-другая, понятное дело, най­дётся. Сиживали тут и канадец Кузьма (грозился даже дом тут купить, так ему Курочкино по­нравилось), и Сэм — тоже из Северной Америки, и нынешние иностранцы — тогда почти род­ные — ребята из Литвы... Но не это главное. Главное — дело. Кто ни обратится к Саше за помо­щью — сделает, даст, что нужно, а не то отправится по деревне к друзьям и знакомым, которых у него великое множество, и не успокоится, пока не найдёт, не сделает. Хорошо, Люда ино­гда тормозит, а не то бы раздал всё (в скобках напомню: и при этом говорит, что верит в Бога «по-своему». Впрочем, Господь любит праведников).

Сколько выставок он помог оформить своим друзьям (и не только друзьям) — фото­графам! Часто Саша делает это без всякого намека на матери­альное вознаграждение, просто по движению души: любит он людей, любит живое творчество. Любит, конечно, и новомодные словечки, ощущает себя в этих случаях «профессиональным дизайнером» — так и пусть. А то, что любит, когда его хвалят, — так какой творческий человек этого не любит? Перечитайте «Блистающий мир» А. Грина: человек умел летать, но мог это делать, только когда собирались люди и смотрели на его полет... Это я к слову: о современных тиражах книг, о выставках...

Одну выставку своих работ Саша сделал однажды прямо в деревне. Народ в воскресенье пошёл на переправу и увидел на заборе множество фотографий большого формата. Кто-то уз­нал себя и своих родных, кто-то — знакомых. Останавливались, ошеломленные, к счастью, катер, как всегда припозднился, смо­трели долго и отходили, светясь улыбками... Можно, я не буду тут ставить акценты и разводить философию? Да и не умею это­го делать. Лучше расскажу еще одну историю. Даже две.

Случился в деревне пожар. Увы, дело житейское: по пьяни уснул мужик (имя тут не важно), не погасив сигарету, ладно, сам жив остался — в одних трусах выскочил. Два дома сгорели. А напротив старики, Анатолий Платонович и Катенька (так их в деревне зовут), вышли из дома и обмерли: полыхает вовсю, и ветер прямо на них. Катя под­толкнула мужа, Анатолий вынес образ Богоматери и выставил перед собой, молиться начали, сколько сил было: «Защити, спа­си, Матушка!» И огонь сначала как бы стих, а потом разгорелся ещё сильнее — но повернул в сторону, не тронул дом стариков. Рассказали они про это Саше, он их, счастливых, сфотографиро­вал на память — и даже «гоно­рар» не отказался взять: ведро картошки. Конечно, скептики и тут могут сказать: «случайность», «совпадение»... Сколько же надо таких «совпадений», чтобы по­няли люди: ужасные испытания послал Господь нашей стране в прошлом веке, потому что не просто оскудела в народе вера, а отреклись от Него, многие даже служить сатане стали сознатель­но — в первую очередь, конечно, из нашего брата, интеллигентов...

А у Саши ещё одно «совпаде­ние» было. Он любит (и всегда любил) храмы фотографировать, однажды надо было ему отска­нировать несколько снимков. Пришел к друзьям в родной авиационный, своего сканера у него тогда еще не было. Ребята ему все снимки отсканировали — а один так и не смогли, как ни бились. На нем были лошади сняты, которые в разоренном храме стояли...

* * *

Пять лет назад Александр Геор­гиевич отметил свое 75-летие. Накануне дня его рождения он выпустил книгу своих работ под названием «Простое про­странство», в создании которой приняли участие и сотрудники «Раифского Альманаха».

И, как написал Родион Коло­сов в концовке своего материала об Александре Семенове, ... было это в конце января, ведь родился он 19 января, в День Крещения Господня, в День Богоявления! Показалось ему это сочетание многозначительным, ведь 19 января 1937-го, рокового года родился простой, естественный человек, который живет своим интересом и любовью к ближ­ним...

 

Теги:
Александр Семенов
творчество
личности

Православие в Татарстане

Все публикации